---
title: "n + 2"
---

— Ты прямо как тот автор, которого я перевожу. У него тоже главный герой всё
задаётся вопросом, что же такое счастье.

— Сэнсэй-то? Хоть я ещё и не читала его последней работы — кстати, она же уже
скоро выйдет, да? — я, конечно, пишу под его влиянием и прекрасно осознаю
это. Видишь ли, я никак не пойму, на какой стороне жизни я. Я уже говорила про
"цзынь-цзынь", но ведь были долгие периоды когда я его не было и я жила на яркой
стороне. Моя главная героиня срисована больше с моей депрессивной подруги, чем с
меня.

— Ты хотела сказать "подруги с синдромом хронической нехватки позитивных
эмоций"?

— Конечно, спасибо за поправку.

Мы улыбаемся.

— Не знаю, может, я и ошибаюсь, но разве большинство людей не живёт именно так:
не среди постоянного счастья, не среди беспросветной мглы, а именно что ныряя то
туда, то оттуда?

— Как дельфины? Плывут по угрюмой жизни, лишь изредка выныривая, вдыхая глоток
счастья, чтобы не умереть?

Я с трудом удерживаюсь от того, чтобы не поперхнуться чаем от её неожиданной
метафоры.

— Я не настолько мрачно это представлял. Ведь этак как раз и живут "люди с
синдромом ХроНеПЭ", разве нет?

— ХроНеПЭ?.. — Мари не сразу понимает, но вскоре её взор вновь проясняется —
А-а, ты пытаешься быть политкорректным, но экономить дыхание?

— Что-то в этом духе.

Мари выпрямляет спину, прокашливается и, как будто зачитывает, театральным
голосом:

— Люди с ХроНеПЭ проплывают всю жизнь как одинокий дельфин, плывущий через Море
Безразличия, лишь изредка глотая воздух, наполненный радостью и счастьем. Тот
самый воздух, через который мы летим всю жизнь, почти не замечая его.

Затем, вновь приняв естественную расслабленную позу, говорит уже нормально, с
искринками веселья:

— Пожалуй, я запишу это. Хотя вставить как есть всерьёз не получится, быть может
я найду комедийного персонажа, который сможет сказать это.

— А что, неплохая идея. Хотя можно было бы и отдельную пьеску написать в
полуабсурдном стиле.

— Мм..

— Кстати, — вдруг вспоминаю я один вопрос, который должен задать, — а ты
придумала этот термин с нуля или..

— Нет. Не помню точно, были ли там отличия в формулировке, но я видела что-то
очень похожее в реальном диагнозе. Правда, никакой реальной модностью этот
"синдром" не обладает.

— Твоя подруга проходила психический анализ?

— Анализ? Как старомодно. Неужели ты совсем не следишь за тем, что популярно у
молодёжи?

— Признаюсь, не слежу. Так что же?

— Ну, одного лидирующего направления как раньше уже нет. Что же до моей
подруги.. КГП.

— КГП? Странное сокращение.

— Когнитивно-гуманистическая психология. У нас на курсе чуть ли не все девушки
прошли консультацию или терапию.

— Но не ты?

— Не я. Я и к психологии вообще отношусь скептически, а уж к чему-то
трэндовому.. Разве от того, что кто-то покопается в твоей голове, что-то
изменится к лучшему?

— Почему бы и нет? Когда врачи копаются в теле ведь становится лучше.

— Ну, в случае "катастрофы тела" — быть может. Но медицина развивалась веками, а
в мозг наука стала проникать каких-то пятьдесят лет. Если это вообще можно
назвать наукой. Сейчас они всё ещё больше похожи на шарлатанов. Быть может, в
случае "катастрофы души", кто-то из них и сможет помочь, но обращаться из-за
обычных переживаний я бы не стала.

— Ладно, я поговорю об этом со своим аналитиком.

— Ты проходишь анализ? Да ладно!

— Ах, извини, я пропустил слово "знакомым".

— Нарочно?

— Я похож на человека, который случайно слова?

И так наш разговор официально перешёл в стадию абсурдных игр со
словами. Некоторое время Мари не знает что ответить, но потом всё же продолжает.

— Судя по твоему лицу — поймал?

— ...

— И всё же кто эта Лу Чай?

Проходит почти полминуты, прежде чем, прокрутив в голове наши последние реплики,
я наконец понимаю и касаюсь своего носа.

— Что же это за такая форма, "лова"?

— Я подумала, что ты опять играешь со словами.

— Нет ты!

***

Когда наша словесная баталия наконец подходит к концу, мы решаем, что пора
расходиться под домам. Расплатившись — к счастью, Мари не из тех, кто оказывает
сопротивление и настаивает на том, чтобы заплатить поровну, — мы выходим в
ночной город. Впрочем, так кажется лишь на первый взгляд: огни в окнах ещё
продолжают загораться, а не начинают гаснуть.

— Честно говоря, трудно судить работы знакомых, — собравшись с мыслями, я всё же
решаюсь вернуться к теме, — быть может, мой интерес происходит отчасти лишь
из-за того, что мы знакомы. Но всё же мне было интересно.

— Это.. приятно слышать. Но всё же мне кажется, что то, что всё, что я написала
после разве что первых страниц — слишком претенциозно. Что это за странная
героиня с её размышлениями? Ладно, она. Но разве этот образ счастливой Мики — не
просто глупый протест? Или, что может быть ещё хуже, искусственная конструкция?

— Если ты так думаешь, почему бы не добавить деталей? Они могли бы создать более
правдивую картинку... Извини, я ведь сам не писатель. Не знаю, насколько ценны
мои советы.

— Детали? Но что, если проблема в самой идее? Разве не глупо тратить усилия на
заурядную идею?

— Как ни грустно это говорить, но порой исполнение важнее идеи.

— Да даже если и так..

Мари вздыхает.

— В конце концов, это тебе решать. Для кого, для чего ты пишешь — исходя из
этого приоритеты будут разные.
